Интервью

Борис Дергачев: «Хочется, чтобы в российском кино перестали штамповать проекты»

На канале ТНТ начался показ второго сезона сериала «Триада» – яркого комедийного проекта, написанного сценаристкой Дарьей Грацевич. В продолжении шоу Анатолию придется заботиться уже не только о трех женщинах, которые в первом сезоне вдруг разом от него забеременели, но и о четверых новорожденных девочках, по всем законам жанра появившихся на свет одновременно и в одном роддоме. Мы поговорили с исполнителем главной роли Борисом Дергачевым о сложностях работы на такой женской площадке, неординарности положения, в котором оказался Анатолий, современном кино и звездной болезни, которая обходит популярного артиста стороной.

Борис Дергачев: «Хочется, чтобы в российском кино перестали штамповать проекты»

Когда вы соглашались на участие в первом сезоне «Триады», думали ли вы, что у этого проекта будет продолжение?

Когда я только соглашался на пробы, то, конечно, не знал про продолжение, но когда получил сценарий, то понял, что, скорее всего, второй сезон может быть и открытый финал сработает.

За время первого сезона вы уже успели, наверное, прикипеть душой к своему Толику. Принимали ли вы участие в разработке своего персонажа перед вторым сезоном?

Там уже ничего разрабатывать не надо было, потому что еще перед началом съемок первого сезона мы с режиссером Димой Дьяченко проводили долгие дни в пробах и искали актрис, исполнителя роли друга моего героя – сначала на пилотную серию, потом на весь сезон. И я был в материале. Мы разобрали, какой Толик, что с ним делать, какие вещи для него я могу взять от себя, а какие мне нужно где-то подглядеть.

У вас были знакомые, которые попадали – пусть и не в такую ситуацию, все-таки это тяжело, – но, может быть, одновременно встречались с несколькими женщинами?

Одновременно все встречались когда-то, но это, думаю, вряд ли можно назвать проблемой по сравнению с тем, что происходит в «Триаде». Но после первого сезона мне написал один парень: «Знаете, пишут разные комментарии, а вот у меня такая ситуация, что два ребенка от разных женщин родились с разницей в полгода».

Борис Дергачев: «Хочется, чтобы в российском кино перестали штамповать проекты»

Ну не в один день, как во втором сезоне «Триады».

Это уже слишком, да!

Сложнее было сниматься в первом сезоне или во втором? Вы уже рассказали про Дмитрия Дьяченко, который работал на первой «Триаде», в продолжении же сменился режиссер, причем второй сезон снимала женщина – Радда Новикова. У вас же там, наверное, женское царство было на площадке.

Совершенно верно! Я поначалу даже не очень комфортно себя чувствовал в плане нахождения на площадке, диалога с людьми, потому что постоянно нужно взаимодействовать с женщинами, где-то себя прибирать, следить за собой, не вспылить, чтобы кто-то случайно не обиделся. Но это все рабочие моменты. С появлением Радды, конечно, женский взгляд на всю эту историю, к тому же написанную сценаристом Дашей Грацевич, стал ярче. Мне же оставалось как-то пытаться существовать в кадре и оправдывать поведение Анатолия. По большому счету во втором сезоне мне нужно было просто с распростертыми объятьями, открытым ртом и выпученными глазами бегать от одной его женщины к другой – вот вся моя игра, потому что что еще может сделать человек, оказавшийся в такой ситуации и пытающийся как исхитриться, придумать, как ему из нее выйти.

Мне кажется, Радда – первая ваша женщина-режиссер.

Вообще были попытки и были театральные работы, а в кино, наверное, да, первая.

Как-то, по вашему мнению, отличается работа с женщинами-режиссерами и мужчинами?

Работа с разными режиссерами всегда отличается, но я бы не судил об этом по гендерному признаку, а судил бы по профессионализму, любви к работе. А это всегда разное отношение. Но если профессиональный общий язык почти всегда получается найти, то какие-то общие интересы и уж тем более дружбу – далеко не со всеми. Хотя для работы это порой и не нужно.

Борис Дергачев: «Хочется, чтобы в российском кино перестали штамповать проекты»

Тем не менее ваши партнерши в «Триаде» – ваши подруги. С Любой Аксеновой вы давно играете вместе, с Анастасией Калашниковой дружите. Это как-то помогало на площадке?

Со всеми девочками – Дашей Мороз, Настей, Любой – мы сразу в диалоге и понимаем, что как делать, сразу обсуждаем, что комфортно, а что – нет, как построить диалог лучше, как его, может быть, немного исправить. У нас на площадке был креативный продюсер, с которым мы решали порой, как можно чуть-чуть перестроить диалог, чтобы в этой ситуации было удобно так оценить, а здесь – иначе. И дружеские отношения во время работы на площадке, конечно, помогают, потому что ты сразу человеку можешь сказать, грубо говоря: «Это фигня, давайте по-другому». И никто не начнет осуждать – как так, он сказал «фигня». То есть ты свободно на своем языке можешь разговаривать и быстро решать какие-то задачи.

Как бы вы могли охарактеризовать «Триаду» в своей карьере? Мне кажется, они примерно вместе с «Фитнесом» выходили и после этого вы стали супервостребованным артистом.

На тот момент уже выходил «Короче» – на YouTube, а потом на телевидении, и у него был очень хороший рейтинг.

То есть популярность все-таки пришла от «Короче»?

Скорее, в совокупности, потому что я был и там, и тут. «Короче» просто более универсальный формат – и для тридцатилетних, для мальчиков и девочек, для взрослых, для наших родителей, потому что мне пишут много людей, которым 45+, о том, что узнают в «Короче» жизненные ситуации. В «Триаде» же больше семейная история, про отношения, за которыми надо следить. И этот формат смотреть несколько сложнее, чем «Короче», где эпизоды длятся по три минуты – посмотрел скетч, поехал дальше, как рекламный ролик. Поэтому он и разлетелся. А «Триада» с очень хорошей рекламной кампанией, которая была еще к первому сезону, сработала иначе. Когда тебе присылают фото баннеров с твоим лицом из Хабаровска, Питера, Новосибирска, или когда ты едешь в метро и видишь, что твое лицо везде, то думаешь – ну да, это прикольно.

Борис Дергачев: «Хочется, чтобы в российском кино перестали штамповать проекты»

А считаете ли вы себя сейчас востребованным и популярным артистом? Как-то ваша жизнь изменилась после того, как вас стали узнавать на улицах?

Я считаю себя востребованным артистом, да, но вот популярным и знаменитым – тут трудно сказать, не всегда это понятно. Хотя недавно мы были на съемках в Краснодаре и там очень много людей меня знает, чего я вообще не ожидал, потому что в Москве из-за графика работы я просто передвигаюсь с площадки на площадку, а там мы снимаем на улице и я вижу, что люди узнают, подходят, фотографируются, пишут очень много, хотят встретиться. А в Москве я этого не замечаю – еще и масочный режим помогает: сел в метро, маску нацепил и поехал.

Эта популярность вас тяготит или пока приносит удовольствие?

Да ничего особенного, этого не так много, чтобы мне надоедало или мешало бы жить. И мне кажется, это хорошая такая пора. Я могу пойти в парк гулять и меня узнает два человека, а некоторых моих друзей могут узнать 300 человек и это уже мало похоже на жизнь.

Звездная болезнь обошла вас стороной?

Я так много работаю, что мне наплевать на эту звездную болезнь. У меня в детстве был такой период на уровне города, когда мы с командой КВН поехали в высшую украинскую лигу, которую вел Александр Васильевич Масляков, были там на встрече с мэром, потом поехали в Сочи на фестиваль, там нас все знали и все было круто. Потом мы никуда не прошли, я приехал в город и понял, что всё это очень быстро может прийти и так же быстро уйти. Вообще сейчас ты становишься популярным из-за того, что у тебя что-то происходит в жизни, причем не важно, хорошее или плохое. И когда ты с такими поводами постоянно появляешься в медийном пространстве, то становишься более востребован, узнаваем, получаешь больше денег. А мне все-таки кажется, что нужно просто заниматься любимым делом, а не думать о том, как побольше себе подписчиков завести.

Борис Дергачев: «Хочется, чтобы в российском кино перестали штамповать проекты»

Параллельно кино вы еще работаете в Электротеатре Станиславский и даже готовите там, как я прочитала, новый проект – некий караоке-спектакль, связанный с вашим увлечением пением.

Так сложилось, что собралась некая канва людей – Антон Косточкин, Дмитрий Чеботарев, Антон Лапенко и я, мы подключили других людей и попросили сделать некие зарисовки, спектаклем бы я это пока не назвал. Нам помогла Арина Зверева, которая в этом году получила «Золотую маску». Она шикарнейший педагог по вокалу, много с какими артистами работала. Не то, что у нас собрались все поющие артисты. Задача была в том, чтобы взять и показать, что и в таком формате можно делать спектакли, хотя пока я называю его проверочной технической вечеринкой, чтобы увидеть, кто, что может, посмотреть, почувствовать энергию. Возможно, позднее из этого и получится настоящий спектакль.

Насколько вам вообще важно погружать себя в подобные эксперименты?

Во-первых, это как минимум приятное времяпрепровождение, а во-вторых, мы без застоя мозгов все это делаем и придумываем. Кто-то может и скажет, зачем мне это. Но театр для меня – дом, и со своими сделать что-то новое – очень клево.

За счет вашего опыта, харизмы, совмещения кино и театра нет ли у вас идеи стать шоураннером, написать свой проект? Все больше актеров уходят в смежные профессии.

Мы с Антоном Филипенко сняли короткометражку «Однушка» – сами написали, сами сняли и сами там снялись. Это была первая пробная работа. Потом Антон Филипенко снял еще одну короткометражку уже один и сейчас она поедет по фестивалям. Кроме того, я являюсь креативным продюсером фильма «Гуляй, Вася-2» и сейчас мы с Михаилом Морсковым, который снимал фильм «Волшебник», пишем и будем, надеюсь, снимать проект под названием «Панч».

Борис Дергачев: «Хочется, чтобы в российском кино перестали штамповать проекты»

А почему, на ваш взгляд, сейчас актеры все чаще уходят в смежные профессии?

Не знаю, мне кажется, так было всегда. Всегда актеры уставали от формата того, что им предлагают и начинали писать для себя. Или люди, которых не снимают, также начинают писать и снимать себя. Сама позиция продюсирования и заработка именно в этой профессии более рабочая, нежели актерская. Все-таки артист стареет, роли уходят, Ромео уже не сыграть, грубо говоря. Ну и я всю жизнь что-то придумываю, что-то пишу. Я занимался стендапом, КВНом, из которого вышли все авторы нашего медийного пространства. Некоторые кавээнщики остаются на уровне КВН, а некоторые развиваются и идут дальше. В качестве примера могу привести Алексея Смирнова, который снимает «Внутри Лапенко». Он в какой-то момент стал сценаристом и режиссером. И это человек, который ездил на разные театральные фестивали в России и мире, он насмотренный, наученный, понимает, как внутри шоу-бизнеса все происходит, у него есть друзья, он знает, где взять деньги, и почему бы не сделать свой проект, зачем зависеть от кого-то, если можно сделать что-то свое. Я не говорю, что я больше не буду актером, но я развиваю в себе разные направления, и посмотрим, что из этого получится.

Вы устали уже от того, что вам предлагают в кино или еще нет?

Мне всегда важен сценарий и кастинг. Если сценарий хороший, его приятно играть, не нужно ничего переделывать, а нужно просто качественно делать то, что написано, – это прекрасно. Плохо, когда приходит недоработанный сценарий и тебе приходится оправдывать, дополнять, спасать какую-то часть сценария. Это не всегда приятно, хотя прикольно, когда получается. И, возможно, на таких историях я и научился что-то делать, это же опыт, своего рода тренинг, в котором я уже немало лет. Грубо говоря, если баскетболист тренируется каждый день и игры у него раз или два в неделю, то я, получается, играю каждый день.

Вам как актеру сейчас каких ролей или форматов не хватает в нашей индустрии? Или напротив сейчас, по вашему мнению, все очень активно развивается?

Я бы честно говоря, снес всю историю, которая длится с 2000-х годов, в духе сериалов «Счастливы вместе», «СашаТаня». Хотя я понимаю, что этот формат еще работает, я сам сейчас снимаюсь в похожем проекте, но по части ситуативного юмора он качественно выше. А если говорить про крутые форматы, то, например, появился сериал Happy End. Я не говорю, что мы все должны стремиться снимать тематически такие же проекты, но отношение к продакшену, к идее, к материалу, к финансированию, пожалуй, должно быть именно таким. Хочется, чтобы люди перестали штамповать проекты – снял и пошел дальше, как некоторые наши киноделы, которые порой даже на плэйбек не смотрит. Вот как так можно снимать? Я не очень понимаю, потому что это не про кино. Он не любит кино, он любит деньги, а когда человек любит только деньги, это видно. Вот я хочу, чтобы в России стало меньше людей, которые любят деньги, и больше тех, которые любят кино.

Сериал «Триада-2» на ТНТ с 7 июня.

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»