Лоуренс Фишберн в роли Морфеуса на кадре из фильма «Матрица»

Философия с кулаками: 4 причины, почему «Матрица» покорила мир

Лоуренс Фишберн в роли Морфеуса на кадре из фильма «Матрица»

Проблема реальности и иллюзии — центральный вопрос, к которому с особым усердием подступались религия, наука и искусство. «Матрица», грандиозный опус сестёр Вачовски, впервые облекла это рассуждение в форму крупнобюджетного голливудского мейнстрима. Сценарий Вачовски, где обычный программист Томас Андерсон (Киану Ривз) открывает для себя реальный мир, покорённый машинами, – настоящий кладезь идей, впоследствии разбившихся на десятки культурологических и философских исследований.

Киану Ривза в роли Тома Андерсона на кадре из фильма «Матрица»

Философия с кулаками: 4 причины, почему «Матрица» покорила мир

Киану Ривза в роли Тома Андерсона на кадре из фильма «Матрица»

До «Матрицы» большой кинематограф не рисковал ставить скептические вопросы о том, можем ли мы доверять реальности, в которой живём, не является ли мир программным кодом. Радикальное сомнение субъекта, жившего в плену блаженного неведения, — отправная точка драматургии «Матрицы». Вачовски адаптировали для экранов большие философские концепты, на раскрытие которых порой не хватало и книг: здесь и рационализм Рене Декарта, сомневавшегося в подлинности чувственного мира, и фундаментальный миф Платона о пещере, где пленники живут в оковах органов чувств, не зная подлинного блага, и политэкономическая теория Маркса о людях как функциональных элементах системы эксплуатации. Всё это присутствует на ветвистом древе «Матрицы», которая иллюстрирует почти любую философскую схему, придуманную за две тысячи лет до фильма.

Читать также:  Что смотреть в кино на этой неделе: «Самый лучший босс», «Черный ящик» и «Свингеры»

И самое главное, эти устойчивые идеи динамично вплетены в цифровую ткань блокбастера, где на протяжении двух часов свистят пули, а герои машут руками и ногами. Мы не знаем, может ли быть добро с кулаками, но философия точно может.