Вики Крипс в роли Крис на кадре из фильма «Остров Бергмана»

Рецензия на фильм «Остров Бергмана» — синефильскую мелодраму о муках творчества

Вики Крипс в роли Крис на кадре из фильма «Остров Бергмана»

«Остров Бергмана» отлично смотрится как самостоятельная мелодрама, не требующая никаких предварительных знаний, но по-настоящему раскрывается благодаря контексту. Даже если вы не знакомы с творчеством Ингмара Бергмана, то из фильма догадаетесь, что это плодовитый и влиятельный автор, к дому которого постоянно приезжают синефилы-паломники. С другой стороны, без этих знаний вы не поймете несколько ироничных или, наоборот, драматичных деталей сюжета: например, Тони говорит Крис, что от ее фильма никто не ждет «следующей “Персоны”», сами они спят в той же спальне, что и герои «Сцен супружеской жизни», а еще планируют посмотреть с пленки какой-нибудь легкий или комедийный фильм маэстро, но в итоге мучаются на «Шепотах и криках». То же самое с личностью постановщицы Мии Хансен-Лёве: вам не обязательно знать, что она сама была в отношениях с именитым режиссером Оливье Ассайасом и тоже воспитывает от него дочь, но эти биографические подробности заставляют по-новому смотреть на, как оказалось, очень личный фильм.

Тим Рот в роли Тони на кадре из фильма «Остров Бергмана»

Рецензия на фильм «Остров Бергмана» — синефильскую мелодраму о муках творчества

Тим Рот в роли Тони на кадре из фильма «Остров Бергмана»

Нависшая над островом тень титана мирового кинематографа и успех мужа (того пригласили провести мастер-класс) погружают Крис в состояние творческого кризиса: она пытается справиться с писательским блоком и сомнениями в себе как в не зависимом от Тони авторе. Здесь на первый план выходит остров Форё и личность Бергмана — наверное, в руках другого постановщика эта завязка превратилась бы в скучный оммаж гению. Например, фильм мог зайти на бергмановскую территорию утомительного распада семьи (на это даже дается намек, когда Крис сбегает с мастер-класса и отправляется в небольшое путешествие по острову с молодым студентом) или, наоборот, стал бы очень прямолинейным трибьютом, в котором творчество Бергмана вернуло бы героине веру в себя.

Читать также:  Мама для мамонтёнка: рецензия на фильм «Кроваво-красное небо»

Миа Васиковска в роли Эми на кадре из фильма «Остров Бергмана»

Рецензия на фильм «Остров Бергмана» — синефильскую мелодраму о муках творчества

Миа Васиковска в роли Эми на кадре из фильма «Остров Бергмана»

Однако Миа Хансен-Лёве поступает иначе: она вступает с Бергманом в небольшую полемику — дело, конечно, не доходит до ревизии его творчества, скорее поднимается вопрос о типичном для «художников» прошлого разграничении семейной жизни и творчества. Крис удивляется тому, что у шведа было девять детей от шести женщин, при этом в их воспитании он практически не принимал участия. В ответ она слышит лишь оправдывающее «ну, он снял 50 фильмов, а еще ставил спектакли в театре». Здесь появляется почва для рассуждений о гендерных стереотипах, ожиданиях и о том, что реплика Тони про следующую «Персону» относится даже не к самой героине, а вообще к женщинам-режиссерам. Но лучше остановиться на куда более однозначной идее: для Хансен-Лёве/Крис творческой мотивацией служат не бергмановские отчуждение, нелюдимость и саморефлексия, а отношения с другими людьми — будь то радость от приезда дочери или воспоминания о настоящей любви.

Последние как раз становятся основой «Белого платья» — фильма в фильме, который выглядит как сандэнсовская, вдохновленная Ричардом Линклейтером мелодрама о коротком романе. Истории двух пар идут параллельно, поочередно обогащая нарратив размышлениями о креативном процессе и границе между творчеством и личной жизнью. В какой-то момент они пересекутся (во второй истории появится все тот же студент), а потом окончательно столкнутся — размоется грань не только между двумя картинами, но и между нашей реальностью и вымыслом. Этот мета-твист на словах кажется еще одним успехом фильма и Хансен-Лёве, но на деле ему не хватает амбициозности и экспериментальности. Как и Крис/Эми, зритель остается без внятного финала — вместо уверенной жирной точки постановщица оставляет нас с несколько трусливым, но жизнеутверждающим многоточием.